Рекорды поражений и проект "Маячня": как на юге выстраивают новую ПВО

Защита неба над сушей и над открытой акваторией – это две абсолютно разные операционные концепции, требующие различной тактики и средств. И если о наземной малой ПВО говорят много, то о морском направлении – значительно меньше.

О развитии ПВО над морем и ключевых достижениях рассказал руководитель отдела беспилотных технологий Фонда Сергея Притулы Кирилл Люков.

Главное:

• Мультироторные коптеры и дроны самолетного типа сегодня самые популярные. Однако в море мультиротор не является единственным оптимальным решением.
• Защита воздушного пространства имеет две важные подзадачи. Первая – это отражение массированных атак врага, а вторая – это противодействие конкретным миссиям управляемых ударных дронов.
• Проект "Маячня" – это развитие автономной сети радиомаяков на базе Skyline вдоль побережья от Очакова до Измаила. Маяки работают в автономном режиме.

Самыми распространенными среди перехватчиков сегодня являются мультироторные коптеры и дроны самолетного типа. Первые – быстрые, простые в запуске, эффективные против ударных дронов. Однако в море мультиротор не является единственным оптимальным решением.

Россия строит маршруты миссий так, что от береговой линии до транзитных путей пролетов и точек расхождения по направлениям – десятки километров над открытой акваторией. На расстояниях свыше 25 километров мультикоптер почти неэффективен, прежде всего из-за ограниченного времени пребывания в воздухе.

Самолетный тип имеет очевидные преимущества. Это планер, созданный для длительного пребывания в небе (более часа), который имеет стабильную связь на расстояниях 40 километров и более.

Дополнительное преимущество: открытый радиогоризонт над водой дает возможности, которых нет на суше с ее рельефом и застройкой. Именно поэтому самолетный тип является логичным решением для морского направления – и Фонд Сергея Притулы системно помогает с его развитием на юге. 

Три рекорда на южном направлении 

Недавно при содействии Фонда сразу несколько подразделений добились новых достижений.

• Первый: 18-я авиационная комендатура Воздушного командования "Юг" поразила вражеский разведчик на дальности 110 километров с помощью перехватчика Wovkulaka Spitfire.
• Второй и третий: 12-й отдельный центр специального назначения со средством от "ТехноТарас" – сбитие "Орлана" на дальности 86 километров и рекорд охоты от точки взлета в 145 километров со стабильной цифровой связью на протяжении всей миссии.

Для врага это означает, что его средства уязвимы значительно дальше от берега, чем он закладывает в планирование. Если такие результаты становятся системными, он вынужден отводить транзитные маршруты еще дальше. Это и есть стратегический эффект – не только сбитие, но и изменение поведения противника.

Задачи защиты воздушного пространства в море можно разделить на две подзадачи:

• отражение массированных атак врага СВН (средствами воздушного нападения);
• противодействие конкретным миссиям управляемых ударных дронов по определенным объектам на суше, в портах и по "зерновому коридору" в море.

Чтобы понять, почему именно разведчики становятся приоритетной целью над морем, важно понимать, как враг их применяет. Помимо классической разведки (наблюдение и подтверждение поражений), они используются как ретрансляторы для группы ударных дронов.

В этом случае разведывательный БпЛА является ретранслятором и частью MESH-сети для приема и передачи сигналов для группы ударных дронов. В такой конфигурации враг имеет возможность "ручного" управления "Шахедами" до момента поражения целей. Именно поэтому одна из стратегических задач на морском направлении – поражать разведчики-носители, а не только ударные средства.

Благодаря постоянному присутствию самолетных перехватчиков в небе, вражеские разведчики уже существенно отошли от берега. Это и есть так называемый воспрещение действий: даже факт присутствия перехватчика меняет поведение врага – он планирует маршруты иначе, оттягивает средства дальше, ограничивает собственные возможности. 

Проект "Маячня": как решили проблему позиционирования 

Есть вызов, который не сразу очевиден. Подразделение, работающее без GPS, ориентируется на местности по наземным объектам – вышкам, зданиям, рельефу. В море на больших расстояниях таких ориентиров нет. Это делает планирование маршрутов и возвращение средства критически более сложным.

В конце прошлого года по инициативе Фонда, 12 ОЦСН (12-й отдельный центр специального назначения) и miltech-компании "ТехноТарас" был запущен проект "Маячня" – по развитию автономной сети радиомаяков на базе Skyline вдоль побережья от Очакова до Измаила.

Маяки работают в автономном режиме, имеют резервное питание и подключены к централизованной сети с возможностью удаленной конфигурации. Благодаря этому оператор точно знает, где находится средство в любой момент – даже в условиях подавления GPS, плохой погоды или временной потери связи. Это позволяет навигировать, сохранять и возвращать перехватчики.

Проект стал также и частью импульса для построения общенациональной сети маяков на базе Sine-link и Skyline. Системная работа – системный результат 

На южном направлении сегодня более пяти подразделений используют самолетные средства, переданные Фондом Сергея Притулы. За каждым сбитым разведчиком или "Шахедом", за каждым измененным маршрутом врага стоит работа в треугольнике: производитель, подразделение, Фонд.

Производитель получает боевую обратную связь и совершенствует изделие. Подразделение получает актуальную технику и обучение. Фонд координирует и масштабирует то, что работает. Непобедимы, когда объединены!